Библиотека Православное Запорожье

Протоиерей Игорь Рябко. ДОИСТОРИЧЕСКИЕ РЕЛИГИИ

Лекционный курс по истории религий.

Лекция 1

На протяжении всего времени существования человека на земле он сталкивался и сталкивается с двумя врагами которых он не может одолеть. Одним из самых страшных врагов с которым сталкивается человек  на протяжении всей своей истории  конечность и смертность нашей жизни.  Каждый из нас абсолютно точно знает, и не сомневается ни на миг, что его земное пребывание, его жизнь когда-то прекратится, закончится. Правда с этим очевидным знанием непостижимым образом соединяется знание совсем иного рода. Это знание бесметния личностного начала в человеке. С тех пор как человек живет на земле, он несет в себе это знание. Это знание всеобщее  и характерное для всех древних цивилизаций, племен и народов. И душа каждого из нас, где то в чувствует свое бессмертие и знает о нем.  Другой враг с которым живет человек так же всю свою историю это наше одиночество и разобщенность. В глубине своей души мы чувствуем свое одиночество, и чем глубже и богаче внутренний мир человеке тем более одиноким он себя чувствует на земле. Даже с самыми близкими и родными людьми мы часто видим изолированность своего внутреннего мира и непонимание близких. Эта трагедия не является аномалией каких то отдельных людей, история войн и разделений с которым живет человек с самого начала своего существования на нашей планете говорит о том что это свойство общее для всех людей. И оно касается не только личной судьбы отдельных личностей, но и мирровый исторических процессов касающихся целых народов.
Человек с самого начала своего существования  Земле, ищет способа соединения с Тем кто дал бы ему победу на смертью и одиночеством. Кто Сам целостен и бессмертен,  и кто имеет власть над смертью  разделённостъю.
С  самого начала своего существования на земле человек знал что у всего что его окружает толжна быть причина. Есть причина любой вещи и любого явления в мире. Если стоит дом, то его кто то построил, иначе быть не может, если есть детеныш, то у него есть родители, если растет дерево то было семя, в мире нет ничего что бы существовало без причины. Следовательно должна быть и Первопричина бытия мира, Тот, кто создал мир и все что в нем. и с Ним человек связывает свое упование на целостность и бессмертие.
Так возникает религия. Слово религия латинского происхождения и восходит к отглагольному прилагательному “ligare” — соединяющий, соединять, “re” —  обратно возвратная частичка.  (Прим;-РЕанимация РЕинкарнация)   Слово РЕЛИГИЯ означает ВОССОЕДИНЕНИЕ  человека и Бога. Иногда в  качестве синонима слова «религия» используют слово «вера». Это слово тоже очень похожее на слово религия, и восходит к древнему индоевропейскому слову “варатра”, -буквально – канат веревка  и тоже говорит о связи человека и Бога
Когда возникает религия?  Во времена воинствующего атеизма идеологически настроенные ученые пытались утверждать что религия возникла в результате  классовой борьбы. Но сегодня любой серьезный ученый вам скажет что религия  — это явление доисторическое. Еще не было не только классов, но и письменности как уже существовала религия. Она существует на земле ровно сколько, сколько существует на ней человек. Религия уходит корнями в доисторическое прошлое куда невозможно и докопаться современным ученым поскольку не сохранилось ни каких исторических памятников. На сегодняшней лекции мы с вами попытаемся заглянуть на сколько возможно глубже в древний мир религии, в мир доисторического прошлого. Сделать это будет сложно потому что человек довольно поздно научился писать и рисовать. А религия относится к той сфере человеческой деятельности, которая называется духовной, и она теряется, если она не отражена в каких-то конкретных памятниках и документах. Но будет не правильным  считать, духовный мир доисторического человека примитивным только потому что у нас осталось мало свидетельств о быте, вере, культуре. Древний человек был технологически примитивен у него был примитивные орудия труда но кто сказал, что духовный мир человека и его техническая оснащенность — это то, что идет рука об руку. Сегодня мы живет в технологически оснащенном мире, но можем ли мы утверждать что наш духовный мир так же богат как  и мир наших технологий? Разве наши духовные качества так же безупречны и совершенны как наши технологические изобретения? Очевидно что нет. Человек может быть технологически оснащенным и духовно убогим одновременно. Так же возможно и обратное , технологическое убожество  может сочетаться с глубокой духовной интуицией и целостностью. Но тем не менее одного этого предположения мало что бы что то утверждать конкретно о том кто был в религиозном  плане доисторический человек, поэтому попытаемся на сколько возможно поближе посмотреть на его духовный мир. 
Первое что бросается в глаза и то что резко отличает человека от окружающего его  животного мира, это то что человек стразу же со своим появлением на земле начинает создавать искусственную среду обитания. Посмотрите, как мы сегодня живем. Мы живем в домах, одеты в одежду, пользуемся многочисленными орудиями. Это все искусственный мир, который создали мы сами. Для чего? Для того, чтобы отгородиться от мира естественного. И при этом  мы единственные на  всем пространстве мира, создающие этот искусственный мир. Если бы человек был таким же животным, как остальные животные, тогда бы он шел обычным путем, каким пошли все животные. Он бы сам приспосабливался к окружающему его миру, как приспосабливаются все  животные. А человек, напротив, приспосабливает мир под себя. Если любое животное все более и более приспосабливается к среде, то мы с вами все менее и менее приспособлены к ней. Если каждого из нас без этой удобной цивилизованной оболочки, голенького, вот сейчас же поселить в окружающем нас мире без цивилизационной упаковки то мы долго не протянем мы умрем, а лубое животное выпущенное на свободу в естественный для него мир будет прекрасно себя чувствовать.  Почуму человек стал отгораживаться от окружающего мира.  Что побудило его пойти не той дорогой по которой пошел и идет весь животный мир.  Никто, пользуясь только научными или философско-научными данными, не смог объяснить этот удивительный факт. Почему мы единственные создаем искусственный мир обитания. И вот здесь начинается первая загадка религиозного характера. Возникает такое ощущение, что человек этот мир воспринял не как свой родной мир, а как чужой, от которого он должен отделить себя. Наука не может нам дать объяснение этому феномену. Что говорить по этому поводу религиозное предание. Оно говорит что человек оказался выброшенным в этот мир. В мир который стал враждебен к нему, который не был тем миром в котором должен жить человек. Люди попали в наш мир в результате той катастрофы которая вошла  в наши учебники по богословию под названием грехопадения. Человек отпал от Бога. И это отпадение в корне меняет модус его существования. Человек был изгнан в этот мир и “проклята была земля за человека”. И оказавшись в этом «проклятом мире», человек с самого первого дня и самого первого момента своего бытования в нем, еще не умея ничего делать, потому что у него еще не было навыка жить в этих тяжелых “кожаных ризах”, преобразует этот мир, меняет его, и чем дальше, тем больше. Перед человеком, в сущности, стоят две проблемы: а) приспособление мира к нему, к человеку и б) возвращение души к Богу. Эти два пути не противоположны. Как существо естественное, человек должен жить в мире, и все мы в нем живем, но как существо духовное, он должен решить свою проблему отторгнутости, отчужденности от своего Творца. Он должен воссоединить себя с Богом. И мы с глубочайшей древности замечаем, как человек движется по этим двум путям. Причем представим себе на минуту (я в это глубоко верю, но никому не навязываю своих взглядов), что Библейская идея грехопадения человека верна. Что мы будем из этого иметь в чисто научном плане? Человек ниспавший, изгнанный на землю, сохраняет память о Рае, а это, безусловно, сохраняет духовное знание Бога, пусть и искаженное грехом, и в этом смысле он остается еще духовно, сердечно совершенным существом. А вот его способность жить и организовывать свою жизнь в этом новом для него мире, равна нулю. Что происходит впоследствии? Впоследствии происходит все большее и большее овладение внешним миром, но при этом сохранение или падение некоторого духовного запаса, того духовного знания, которое у человека было до момента изгнания из Рая. Таким образом, мы можем сказать, что человек существует как бы в двух планах: как физическое существо, как существо, обращенное к внешнему миру, человек развивается; как духовное существо, как существо, обращенное внутрь себя, человек пребывает — не развивается, а пребывает. А теперь посмотрим, наш вывод, соответствует ли он реальному опыту, реальным фактам? Мы сегодня видим как много человек достиг в овладении эти миров и умении подминать его под себя, но каким он стал при этом духовно убогим и недалеким. Но наша с вами будет большая беда, если мы внешнее развитие, приспосабливание среды под человека будем считать всем бытованием человека, всей его сущностью. Тогда мы ничего не поймем. Тогда мы будем считать, что наш духовный мир сейчас несравненно богаче, предположим, древнего египтянина или древнего грека. Религия относится к области духовной культуры, и поэтому, если наше предположение, которое мы высказали, верно, то мы должны предположить, что основные религиозные формы, найденные человеком, пусть внешне и примитивно выраженные, потому что человек тогда еще не умел строить храмов и писать книги, внутренне будут очень глубокими.
То что человек стал осваивать окружающий мир, — это уже религиозный факт. И не потому человек стал человеком что он взял орудие, а он взял орудия, потому что был “сапиенс”. Это очень легко понять. Перед тем как сделать орудие, а потом еще и научить делать его свих детей нужен какой-то замысел, какая-то идея. Попробуйте без всякой идеи что-то начать делать, у вас, даже каменного рубила не получится, не говоря уже о более совершенных орудиях. Таким образом, человек сначала имел  замысел,  а потом его реализовал. Сначала должен быть интеллект, потом появится и орудие труда. Не труд сделал обезьяну человеком, а интеллект сделал мир орудий. Человек сначала был существом мыслящим, потом уже стал производителем орудий, а не наоборот. Очень наивно думать, что обезьяна слезла с дерева, взяла палку стала копать, копать и выкопала московский метрополитен. Марксистский тезис о том что труд сделал из обезьяны вполне порядочного гражданина не подтверждается ни здравой логикой ни научными доводами.
Далее человек начинает использовать огонь. Знание огня имманентно человеку, что оно очень и очень древнее. С тех пор как человек стал человеком, он знал, что такое огонь, и умел пользоваться им. Одно из кострищ, остатков костра, найденное в Африке, датировано сейчас 2,5 млн. лет назад. Все животные боятся огня, все дикие звери бегут от огня, а человек почему-то наоборот, научился его использовать, покорил огонь. Огонь — это не только техническое средство, не только средство для обогрева пещеры; огонь — это удивительное вещество, удивительная субстанция.
Самыми первыми религиозным символом человечества становится НЕБО. Бог — это Небо, человек — это земля. мы знаем, что эти традиции сохранились до сих пор. Мы  и сегдня очень часто говорим о небесном и земном. Когда мы говорим о небесных обителях у Бога, то, разумеется, мы прекрасно знаем, что это не облачка. Небо — это символ, это образ; и если человеку надо было сказать, что между ним и его Творцом бездна, то лучшего образа как расстояние от неба до земли он не мог себе придумать. Самая древняя символика Бога как Неба общая для всех народов.  Я подчеркиваю, что это не то же самое, что наше физическое небо. Бог на самом деле не в физическом мире удален от человека, наоборот, как раз по физике, по естеству Бог бесконечно близок к человеку. “Царство Божие внутри вас”, — говорит Евангелие, а у мусульман в Коране есть великолепная фраза, где Аллах говорит: “Я ближе к тебе, чем твоя яремная вена”, то есть, та жила, по которой питается мозг кровью. Но в области духовной между Богом и человеком бездна. Какая бездна? Бездна нашего греха. Образ Неба и Земли становиться символом духовной пропасти разделяющей человека и Бога. И вот огонь — это единственная из всех субстанция, которая преодолевает эту недостижимость. Все предметы падают на землю, а огонь единственный кто взывается в небо.м Над ним как бы не властна сила земли сила греха. Поэтому огонь и стал у всех народов средством передачи жертвы с земли на небо. Впоследствии в традиции Индии, в Ведах, огонь так и будет называться “Кравья вахана” — “переносчик жертвы” с земли на Небо. И поэтому открытие, и использование огня — это уже не чистая физика, это еще и явно некоторое духовное дело, некоторый духовный опыт.
В 1856 году одним немецким учителем открыт неандерталец. В 1908 году опять же немец, но работавший во Франции, Отто Гаузер, находит захоронение неандертальца. Это захоронение около местечка Ле Мустье становится революцией в науке. До этого неандертальцев изображали этаким мохнатым, гигантским обезьянам с дикой мордой и с дубинкой в руке. Хочу сказать что все эти анатомические подробности мохнатых морд и дебильных выражений лиц первобытных людей лежат исключительно на совести художников этих картин. По скелету невозможно определить не то что густоту волосяного покрова, но даже и строение ушей, рта, носа. Мы никогда не поймем, красив этот человек был или уродлив – это невозможно. Со времен Энгельса нам внушают, что древние люди не знали семьи, жили первобытным стадом, людоедством грешили, никакой религии и в помине у них не было. Что касается стада и так называемого примускуиетета (беспорядочных отношений полов), то надо вам сказать, что даже высшие обезьяны (гориллы и шимпанзе) никаким стадом не живут, никакого беспорядочного отношения полов у них нет. Изучение высших приматов совершенно ясно доказало, что уже у них существует так называемая гаремная семья, то есть самец, у которого несколько жен-самок и детеныши. Почему человек должен быть значительно хуже, чем обезьяны, более примитивным в этом отношении — это уж совсем непонятно. Тем более что археологи совершенно точно установили, что древние люди жили небольшими группами по 10-12 человек (Родственники).
Но что касается захоронения, то здесь поднялась буря. Мы с вами привыкли к тому, что после смерти человека хоронят в землю. А когда этот обычай появлялся, в нем был какой-то смысл, какая-то логика? 
Долгое время идеологизированные марксистские ученые пытались доказать, что это было чисто гигиеническое дело. В самом деле, в учебнике для вузов издательства Московского университета описывается первое захоронение неандертальцев. Описывается приблизительно следующее. Жила группа неандертальцев в пещере. И вот один раз, когда они собрались на охоту, они увидели, что неандерталец (назовем его Ваня) не встает вместе со всеми остальными неандертальцами. Они его толкнули в бок, пошевелили, дернули за волосы, а он, бедолага, лежит. Однопещерцы оставили его и пошли на охоту. Пришли а наш Ваня не только лежит как и прежде, а еще и остыл, стал таким себе прохладным. Они решили что он замерз и пододвинули его ближе к костру. Но Ваня  все равно не встает. Ну, тогда решили, пусть себе спит. Но вот он чрез пару дней начал еще и вонять. Тогда его забросали ветками. Но он  все равно не встает и воняет. И тогда у племени впервые возникла гениальная мысль, а давайка мы Ваньку закопаем что бы он не вонял. Вот так и возникли захоронения.
До этого люди уже жили сотни тысяч лет, и имели огромный опыт сознательного бытия в этом мире. Они видели миллионы смертей и рождений животных и людей, но здесь все забыто, неандерталец рисуется полным амнезическим идиотом.
А теперь я вам расскажу, что нашел Отто Гаузер и сколь нечистоплотна бывает иногда идеологически ориентированная наука, когда она в вузовском учебнике позволяет писать такую глупость.
В неглубокой, специально вырытой четырехугольной могиле, глубиной примерно сантиметров 40 был похоронен юноша, 16-17 лет. Ясно что никакой изоляции от внешнего мира не было, и трупный запах явно ощущался на поверхности, поэтому ни о каком гигиеническом захоронении и речи быть не может. Юноша был положен на правый бок, его колени были слегка согнуты, телу была придана поза сна. Его правая рука лежала под головой, на каменной подушке, как обычно  спит человек. Ясно, что юноша умер, потом выкопали яму и туда положили тело, которому специально придали позу сна. Почему поза сна? Конечно, это все символически. Когда человек спит, он вроде бы на время умирает, но потом просыпается и опять живет; его сознание отлетает, а потом возвращается к нему. Древний человек хотел показать: человек этот  умер, но на само деле он спит, это его состояние временное, и прейдет время когда он проснется. Окружающие прекрасно понимали, что юноша его тело разложится и превратится в скелет. Но они хотели показать, что когда-то наступит момент, когда он проснется или, как мы говорим воскреснет.
Рядом с этим юношей в могиле лежали кости животного (на самом деле были положены куски мяса, но понятно, что мясо истлело), под протянутую левую руку было положено рубило, которым пользовались при работе неандертальцы, правая рука лежала под головой. Это не означает, что древние люди верили, что человек в могиле будет есть, они знали, что там не едят и не пьют, и рубилом не работают. Но положили это для того что бы показать что и оказавшись в могиле умерший на самом деле остался  жив, потому что пища и труд  это символы жизни. 
Вокруг головы умершего лежали необработанные, куски кремня. Кремень, кроме того, что был средством для изготовления орудий, еще был средством для получения огня. А огонь — это связь человека с Богом.  В теле, как в этом камне, живет огонь – душа человека. И поэтому именно вокруг головы, то есть того, что связано особенно с личностью человека, были положены камни. Этим высказаны пожелания, убеждения, приказ,  душе умершего подняться к небу.
Мы не можем изобразить духовный мир. Изображение по подобию — древнейший опыт человека изображать неизображаемое с помощью символического уподобления. И вот когда неандерталец клал своему умершему другу пищу, он делал именно этот изобразительный символ. Он не просто намекал на то, что он когда-то там проснется и будет жив; он этим явно как бы создавал ситуацию, создавал возможность будущего возрождения жизни. Погребальный обряд был не только набором меланхолических воспоминаний, погребальный обряд был мощнейшим орудием, средством победы над смертью, и одновременно знаменем, убеждением того, что смерть будет побеждена.
Слово символ (греч. “симбалло”) — это интересное греческое слово. Оно восходит к традиции, которая была у многих древних народов. При расставании ломалась деревянная дощечка, и каждый брал себе половину. И когда потом, через много лет, эти люди, или их дети встретятся, они, соединив дощечку, поймут, что были друзьями. Символ — это когда из двух составляется одно целое.
На Переднем Востоке сейчас найдено 90 захоронений неандертальцев. На горе Кармел  найдены захоронения неандертальцев в эмбриональной позе. Это уже не поза сна, а поза эмбриона в животе матери, когда колени резко подогнуты до подбородка, голова склонена вперед, пятки касаются ягодиц. Образ тоже совершенно понятен. Могила овальной формы, напоминающей матку. Это образ смерти, как нового рождения. Ты умер, ты вошел в утробу земли, и ты должен родиться вновь, как рождается ребенок из утробы матери.
Идея того, что ты должен вновь родиться — это первая идея, связанная с захоронением, мы иногда даже не думаем: почему хоронят в земле; мы даже не задумываемся: почему кладут тело в землю, хотя человек церковный это знает.  Во время отпевания говорится: “Земля ты еси, и в землю отъидеши”. Это слова Бога, будут написаны в Библии через много сотен лет,  А вот первобытный еще не имевший письменности, эти слова сказанные Богом Адаму знал и помнил.
Впоследствии у человека появится образ груди земли, молока земли, которым питается все живое. И богиня смерти, земли, погребения и возрождения обязательно будет изображаться с четко подчеркнутой грудью, которой она кормит умершего. Этот образ несколько позже появится у человека и будет долго сохраняться в человеческой культуре. Мы все питаемся молоком земли под разным видом, и все потом входим в ее утробу после смерти. Молоко земли все то что мы едим. Все что входит в нас с пищей это на самом деле земля, какой бы привлекательной эта пище не выглядела. Она всегда продукт земли и земля в своей внутренней сущности. А могила — это не что иное, как утроба земли.
На Руси говорили про землю-  “мать сыра земля”. Она наша мать, мы из нее рождены и в нее входим. Отсюда тайна могилы. И когда древний человек не без труда, поверьте, у него не было экскаватора и даже лопаты со стальным наконечником, копал для своего умершего гробовую яму, он имел в виду явно совершенно четко тот образ, о котором я вам рассказал.
Пещерная Живопись. 30-35 тыс. лет назад человек начал рисовать. Первая такая находка была сделана, в 1886 году в испанской пещере Альтамира. Он была открыта, как и многое в науке, случайно. Один испанский дворянин и охотник отправился как-то на охоту, и вдруг его собака юркнула в какую-то дырку. Собака, увидев, что в дырке ничего интересного нет, вылезла наружу. Но дворянин заметив, вход в пещеру решил когда будет воскресенье я пойду  с дочкой погуляю, и покажу ей  эту находку. Запасшись большим фонарем, этот господин отправился после воскресного богослужения на прогулку. Он развалил камни, расчистил вход в пещеру, и они с дочерью вошли под ее своды. Господин бодрым шагом в своих охотничьих крагах шел впереди, девочка еле поспевала за ним. И вдруг она закричала: “Папа, папа, быки”. Папа ничего не видел кроме разводов на стенах. Но вдруг, приглядевшись, он увидел, что действительно эти многоцветные разводы складываются в изображения удивительных животных. Это были быки, лошади, мамонты. Кто это нарисовал? В эту пещеру явно никто не лазил. Через несколько лет научный мир установил, что фрески пещеры Альтамира доисторического происхождения. К настоящему времени известно много таких фресок.
Конец XIX века — время символизма, время искусства для искусства. Конечно, стали говорить о том, что древний человек рисовал потому, что он не мог не рисовать: душа его пела. Только вот как-то странно пела у него душа. Она почему-то пела у него в самых глухих дырках пещер и в кромешной темноте. Иногда она даже так странно пела, что после того как древний человек что нибудь нарисует, он выйдет и замурует вход в пещеру, чтобы никто больше этого рисунка не видел. Вы видели хоть одного современного художника, который так делает? Конечно, нет. Это явно не было искусство ради услаждения эстетических потребностей своих соплеменников искусства. И это явно не было искусство. Это было что-то другое.
Следующее предположение что это была так называемая охотничья магия. Действительно, мы на этих фресках находим довольно много изображений животных, которых поражают копьями и стрелами. Но, во-первых, намного больше животных, которых никто не убивает. Во-вторых, есть животные, которых вообще нет в природе, какие-то странные животные или полуживотные, полулюди. Если это охотничья магия, то непонятно, когда охотники надеялись встретить такое животное. А самое главное, что к этому времени фрески были настолько хорошо изучены, что стало ясно: для того, чтобы нарисовать одну мало-мальски приличную фреску, художник должен был потратить примерно полгода. Работа была очень сложной. Сначала высекалось изображение насечкой, потом растирались специальным образом минеральные красители на естественных органических жирах — на крови и мозге животных. Причем краски готовились очень долго, и наносились на стену по слоям, очередной слой наносился после полного высыхания предыдущего слоя. Только это могло обеспечить такое качество работы, которое позволило этим фрескам уцелеть до сего дня. Многие средневековые фрески, даже “Тайная Вечеря” Леонардо да Винчи в Милане, находятся сейчас на грани гибели. Прошло пятьсот лет, и фреска не выдерживает. А эти стоять 35 тыс. лет и находится в прекрасном состоянии, если к их разрушению не будет прикладывать руку человек.
Охотничья магия известна у многих народов. Но ритуалы ч ней связанные происходили накануне охоты. После удачной охоты изображение тут же уничтожается, чтобы убитое животное как бы символически опять могло вернуться в свое стадо. Тут ничего подобного нет. Изображения делались на века под землей, входы замуровывались.
И мы можем предположить, что причина в другом. Речь идет о жертвоприношении. Человек открывая  великую тайну живописи, начинает понимать —  то что  нарисовано, существует вечно. И поэтому не надо постоянно совершать ритуальные действия, достаточно его нарисовать, и оно будет происходить всегда. Это было священное ритуальное изображение для древнего человека, потому-то оно так тщательно прорисовывалось и скрывалось. Могут пройти века, могут умереть родственники тех людей, ради которых рисовались эти изображения, но вечно будет приноситься жертва в память о них. И мы сейчас с вами должны коснуться еще одной важной темы, связанной с нашим сегодняшним днем и с глубочайшей древностью.
Жертвоприношения. Древний человек знал, что такое жертвоприношение с эпохи неандертальца. В наших школьных учебниках часто представляют древнего человека, охотящимся на мамонта или пещерного медведя, а потом после плотного обеда из мамантятиня поклоняющегося им.  На самом деле древний человек совсем не должен был охотиться на мамонта или пещерного медведя. Охота на них была очень сложна, трудна, а пищи вокруг было много. Вокруг кострищ древних стоянок мы находим во множественном числе кости мелких животных, которыми питались древние люди. Зачем рисковать жизнью если можно наесться и так. Но человек начинает делать, с точки зрения материалиста, совершенно абсурдные вещи. Идея охоты на мамонта абсурдна. Для маленькой общины охота на мамонтов была в высшей степени трудным и материально бесполезным делом. Она просто не смогла бы съесть все это мясо, оно бы разложилось, зато огромное количество хищников пришло бы из тайги поживиться остатками разлагающегося мамонта, и люди были бы поставлены в опасность. Однако люди рисковали и даже погибали, но охотились на этих огромных животных. А потом мы находим бивни мамонта и остатки скелета мамонта в могилах людей верхнего палеолита. Находим особые медвежьи пещеры, где неандертальцы трепетно хранят кости медведя и особенно их черепа. Это явно священные предметы, и  они до этого прошли некое религиозное действие.
Древний человек жил очень примитивной жизнью, и в то же время у него были глубокие образы на простом уровне. Один из классических образов — это образ еды. Все мы знаем, что если не будем есть, то умрем. Мы знаем, что пища нас соединяет с тем, что мы едим. Мы то что мы едим.  Пища формирует тело человека и оно возвращается в землю из которой создано.
У человека возникла мысль, где взять такую пищу, которая соединяет не с землей, а с небом, не со смертью, а с жизнью? Где взять плоды того Райского Древа которые давали целостность и бессмертие. Возникает мысль нечто земное символически объявить, уподобить, сделать образом Небесного. И тогда  вкушая эту внешне земную, но на самом деле небесную пищу, будем соединяться с Небом. Что сделать образом Небесного? Человек неолита был охотником, он не знал земледелия и скотоводства. Естественно, ему надо было найти самое мощное, самое сильное животное, потому что  Бог мощен, а символ в каких-то параметрах, измерениях должен был быть подобным Первообразу. И поэтому наиболее мощное животное, для неандертальца им являлся пещерный медведь — гигантское животное, длиной более четырех метров, высотой в холке 1,8 метра; для кроманьонца это мамонт, становится образом Бога. Их ловят, после каких-то священнодействий убивают, мясо вкушают, чтобы соединиться с объектом жертвы, а кости или сохраняют, или кладут в могилы, чтобы небесное пребывание умершего было утверждено таким символом. В этом идея жертвы. Не потому что древний человек хотел накормить Бога. Разумеется, не думали древние люди, что Бог такой вот голодный мужичок, которому только надо кусок мяса кинуть, чтобы он был добрым. Это мы, так оглупляя древнего человека, думаем. И образ жертвы был совсем иной, это образ соединения. Таким образом, мы встречаемся с древнейшим прообразом Евхаристии, литургического единения со Христом, дающим вечную жизнь и бессмертие.
И эти религиозные символы надолго сохранили свою память, дожив до нашего времени. Множество гербов и флагов городов носят  в себе изображение медведя. На Руси медведь долго остается сакраментальным символом. Его имя как имя Бога не разглашается и не называется. Его имя это шифр Медведь –не имя а обозначение свойства –«Знаток меда»-«ведающий мед». Ваш любимый плюшевый мишка, это тоже генетическая память древнего почитания медведя как символа Бога.
Неолит. Далее начинается эпоха неолита — новый каменный век, когда человек переходит от собирания пищи к ее производству. Возникает земледелие и скотоводство. Человек переходит к оседлому образу жизни. Скотоводство и земледелие возникают не из экономической необходимости, как это считалось ранее в религиоведении, а из религиозной. Человек в эпоху неолита, сев на землю, создав деревни, первым делом занимается странными вещами. Он начинает хоронить умерших, в том жилище, где он живет. Этого раньше не было. Все поселения раннего неолита характеризуются тем, что в круглом жилище делается священный участок. Как правило он находится напротив входа в жилище. Это священная земля, где хоронятся кости умерших. Иногда черепа умерших предков просто ставятся на полочки в этой священной части жилища. Часто  они моделируются гипсом, воспроизводя черты лица умершего. В это время с необыкновенной силой возникает чувство единства рода. Древние люди осознают, что они произошли от своих отцов и дедов, их кровь течет в них, поэтому они помогают, находятся рядом. Мы должны заботиться о них, приносить жертвы, а с другой стороны, предки будут нас охранять и защищать. Поэтому их черепа стоят в доме, они как бы участвуют в домашнем совете. Это была главная причина, почему человек стал вести оседлый оседлый образ жизни. И только через 1,5 — 2 тысячи лет после того, как человек сел на землю, он научился выращивать хлеб, одомашнивать и разводить животных.  Но прошло еще где-то 5 — 6 тыс. лет, и мы видим какую-то духовную революцию. Причины ее мы не знаем. Прочесть о ней мы не можем — человек тогда не умел писать. А революция имеется. В чем она заключается? Неожиданно умерших перестают хоронить в домах. Их повсюду выносят на кладбище. Впервые возникают кладбища, т.е. разделяется “дом живых” и “дом умерших”. Мы видим и второе разделение. До этого главным центром религиозной деятельности человека (об этом можно судить по наличию массы предметов, имеющих религиозные функции) было само жилище, где он жил, его дом. Там был алтарь, там совершались жертвы, там стояли, видимо, какие-то образы божественного. И вдруг дом и храм разделяются и уже навсегда.  В эпоху неолита люди почти отказываются от захоронений своих умерших с каким-то богатым инвентарем. Людей хоронят очень просто, как богатых, так и бедных. Мы можем догадаться, что человек был богат, во-первых, потому что само сооружение гробницы более массивное, а во-вторых, потому что остались какие-то личные вещи: кольца, какие-то дорогие костяные ожерелья, в общем, то, что не у каждого было. Но в целом это очень скромные захоронения. И единственный предмет, который всегда стоит в таком захоронении, — это маленький глиняный сосудик. Он может стоять в головах умершего, может стоять на груди, около рук, может быть несколько сосудиков.
Что это такое? Это явно не пища, никаких следов пищи там нет, но точно такие сосудики используют в быту в косметике женщины того времени. Я должен сказать вам по секрету, никому не рассказывайте эту эзотерическую тайну — женщины всегда были женщинами. И поэтому всегда использовали косметику с глубочайших времен. Это сосуды для масла, для притирания. Ну что, древние решили, что у мертвого все есть, только ему не хватает масла для полного счастья? Чтобы понять это, для начала мы должны вспомнить, что обозначает слово растительное масло. Само слово «масло», по-гречески “элеус” — наше елей. Но в греческом языке два слова «милость» и «масло» произносятся совершенно одинаково, а пишутся для удобства различения по-разному: одно через обычное “о”, а другое через букву омега. Почему? Те, кто когда-нибудь ездил на южные курорты, знают, что под палящим солнцем наша кожа быстро теряет свою эластичность и трескается. И вот поэтому-то масло для притирания на Переднем Востоке с глубочайшей древности, с доисторической древности, является не привилегией модниц и роскошных женщин, а обычным средством жизни. Его дают рабам наравне с хлебом и чесноком, иначе они будут совершенно нетрудоспособны. Это абсолютно необходимый элемент жизни. Он умягчает солнечные лучи, смягчает кожу, он позволяет человеку жить в условиях этого палящего солнца.
Солнце, небо с древности, как мы уже говорили, становятся знаками Божественного бытия. Испепеляющие лучи солнца начинают для древнего человека все яснее и яснее связываться с Божьим гневом. Масло — это тоже символ, но это символ Божественной милости, к которой мы взываем, чтобы Бог простил нам грехи. -«Господи помилуй» по гречески звучит как «Кирие елеисон» «Господи будь милостивым», по гречески буквально «масляным». И знаком этой милости является этот сосудик для масла в погребениях неолита всюду встречающийся: иногда закрытый крышечкой, иногда отдельно стоящий.
КУЛЬТУРА МЕГАЛИТА
И вот последний сюжет, связанный с религиозными представлениями древнего доисторического человека. Где-то примерно за 5 тыс. лет до Рождества Христова, в совсем в отдаленном тогда районе мира, находившемся на культурной периферии, возникает странное религиозное движение. В том, что это именно религиозное движение, никто сейчас не сомневается. Оно тоже не оставило письменности, но оно оставило памятники и какие памятники! Около 5-6 тысяч лет до Рождества Христова на берегах северо-западной Европы: в современных Англии, Франции, Дании, Атлантическом побережье Испании — начинают ставить сооружения из громадных камней. Эти сооружения вошли в историю как культура мегалита: “мега” (большие) и “литос” – (камни). Одно из этих сооружений все более-менее знают, о нем писали тысячу раз: это Стоунхендж. Но таких сооружений сотни и тысячи. Они многообразны. Это могут быть такие домики из гигантских каменных глыб, каждая весом по 10 -20 тонн, то есть стены, а задняя стена и крыша из невероятно толстой плиты. Это могут быть камни, поставленные кругами. Это могут быть, наконец, галерейные гробницы. Люди строили без цемента, простым наложением камней друг на друга.  Над всем этим насыпался курган и образовался склеп многоразового использования, куда раз за разом, век за веком, люди вносили останки, своих умерших. Со временем землю сдуло остался один каменный каркас.
Эта культура возникает в северо-западной Европе. Она постепенно осваивает все Средиземноморье, добирается до Сирии, Египта, Месопотамии. Потом она распространяется дальше, на побережье Индийского океана, и памятники мегалитического типа можно встретить в современной Индонезии и даже на островах Тихого океана. Они есть и у нас на Северном Кавказе, Абхазии. Так что это очень широко распространившиеся формы.
Их строят разные народы. Бытовая культура строителей мегалитов в разных районах мира разная, а вот памятники одни и те же, то есть мы имеем дело с чем-то наподобие великих религий, которые охватывают собой, побеждают души многих народов. Мы здесь имеем дело с тем, что разным народам передавалась какая-то одна сумма идей. На постройку Стоунхенджа, по подсчетам современных исследователей, при той технологии, которая была тогда и которая теперь изучена довольно хорошо, было потрачено 30 млн. человеко-часов.
Природа северо-западной Европы суровая, крупных магазинов, где все можно было бы купить, не было тогда, и человеку приходилось работать от зари до зари. Так оказывается, что он все свое свободное время и даже время несвободное тратил на строительство этих огромных религиозных, в первую очередь, заупокойных, могильных сооружений. Как будто он свихнулся! Там сам человек ютился в таких жалких хижинах, что их совсем недавно, только в 70-е годы, удалось обнаружить с помощью точнейших методов археологического исследования, а зато строил такие гробницы, которые видны и по сей день. Строил потому, что, видимо, желал все свои силы, всю свою энергию, все свои возможности потратить на победу над смертью. Человек понимал — только полным средоточением сил, полной самозабвенной отдачей религиозному делу, он может надеяться на милость Божью и на победу над смертью.
Мы вот все, например, привыкли к могильному холму. Когда человек умирает, мы не просто его закапываем, но всегда делаем холмик на могиле и даже не думаем: почему? На Руси языческой и даже в первое время христианской Руси над могилами умерших делались курганы. Это отголосок мегалитической религиозной культуры.
Но зачем все это делалось? Археологи, изучая эти древние гробницы, обнаружили, что там, где более или менее сохранилась окружающая местность в нетронутом виде, оказывается, есть система рвов и насыпей вокруг курганов. А сам курган, имеет отверстие вход, галерею. Сам вход закрыт камнями, но есть узкое отверстие, через которое можно протиснуться, а вокруг какие-то рвы и насыпи.
Когда сделали контрастные аэрофотосъемки, то обнаружилось, что эти рвы и насыпи образуют фигуру полной женщины. Ну, англичане, назвали эти находки «fat lady», т. е. жирная госпожа. Это такие полные дамы, явно беременные, и их животом является этот курган.
Все понятно: если могила — это утроба земли, то галерейное захоронение с курганом, это не что иное, как беременный живот земли. Внося в эту утробу мертвых , из нее ожидают нового рождения умерших. О том, что это рождение не на нашу землю, говорит целый ряд символов. Ну, например, то, что пуповиной этого кургана является камень, поставленный на его вершину. Пуповина связывает младенца с телом матери. А тут наоборот, умерший связан с Небом.
И, наконец, сама точка выхода из кургана, т. е. то место, откуда должны родиться умершие, не только по форме анатомически воспроизводит женские детородные органы, но еще и ориентировано на очень интересную точку — на точку, в которой 21-22 декабря каждого года поднимается солнце. На эту точку ориентированы все выходы из курганов. Из-за этого, кстати, стали говорить, что это астрономические сооружения, которые были сделаны для того, чтобы указать, где восходит солнце в такой-то день. Но я думаю, что люди не будут работать 30 миллионов человеко-часов, чтобы показать нам, дуракам, где восходит солнце 21-го декабря. Это не самая главная задача. А вот символом это было очень важным.
Вы помните, что такое 21-е декабря? Это день зимнего солнцеворота, т. е. до этого солнце, как и сейчас, все уменьшается, день все уменьшается, холод наступает, как бы смерть, зима торжествует над жизнью и летом. Ночь, смерть, зима, тьма. И вдруг происходит победа. Солнце начинает расти. Солнце повернуло на лето, скоро будет тепло, скоро будет все больше света, жизнь победила смерть. На эту точку, на точку, где совершается это великое таинство победы над смертью, обращены выходы из курганов. О чем это говорит? Это говорит о том, что древние строители надеялись на то, что когда мертвые воскреснут, Сейчас они покоятся в этом чреве матери своей, в чреве земли в ее безмерной утробе, до момента, когда наступит день, и они возродятся. Они возродятся к Тому, Кто дал им семя жизни. К солнцу, Богу, Небу. Но чтобы это произошло, надо сосредоточить силы, отдать Богу всего себя. Мы будем жить в жалких хижинах, мы будем жить самым скромным бытом, но мы все свои силы сосредоточим на том, чтобы сделать угодное Тебе, чтобы показать, что мы ищем не земного, а небесного.
Одни народы, готовы были на это максимальное сосредоточение сил, на это максимальное сжатие пружины, а другие не были готовы.  Вот, например, маленькая нынешняя Дания — это полуостров Ютландия: ряд районов полуострова — восток и север — это мегалитическая культура; ряд районов полуострова — запад и центр — и никакой мегалитической культуры, никаких гигантских каменных построек. Люди по старинке хоронят в земле своих умерших, живут самым обычным образом.  Одни готовы были строить эти памятники, а другие продолжали по старинке хоронить в земле своих умерших по принципу: а ну ничего, и так обойдется. А есть такие интересные районы, где пытались подражать этим жителям мегалитических поселений, но с минимальными затратами труда. Например, они тоже ставили менгирчики, но 20 см величиной. Ну, вроде бы то же самое, ну, и не особенно тяжело.
В Западной Европе эта культура угасла примерно за 2 тыс. лет до Р.Х. Видимо, люди не выдержали этого напряжения сил, не смогли так напряженно работать над своим спасением, и когда Западная Европа для нас становится известной (из «Записок о Галльской войне» Юлия Цезаря, в какой-то степени из «Истории» Геродота), то она живет уже в условиях обычной дикости. Все давно заброшено: люди живут в мире не напряженного искания Бога, а в удобном мире духов.
Оказывается, есть два выхода из любой ситуации. Один — это жертвовать собой ради Бога, умереть ради Бога, чтобы быть с Ним. Если зерно не умрет, то останется одно, а если умрет, родит колос, т.е. один путь — это самоотдача Богу и надежда, что тогда твои грехи будут прощены, а второй путь — это махнуть рукой на Бога, забыть о Нем и сосредоточиться на этой земной жизни, жить ради этой жизни. Так вот, оказывается, что этот второй путь, он такой же древний, как и первый. Мы о нем можем догадываться, поскольку эти разделения на тех, кто жил ради вечности, и на тех, кто жил потому, что надо жить, Жил, как сегодня говорят, как все. Но в эпоху мегалита это разделение очень явное, прямо видно, как проходит эта граница между племенами, которые живут по разные стороны реки. Это граница двух ценностей и двух целей.
Те, кто, напрягая все свои силы, ищут Небесного, они передают свою эстафету другим, и в Восточном Средиземноморье примерно за 3,5 тыс. лет до Р.Х. возникают уже великие письменные культуры, которые открыли новый способ собирания человеческих сил ради решения религиозных задач. Этот новый способ — государство. Возникает государство, как средство организации жизни для решения религиозной задачи. А те народы, которые махнули на духовную жизнь рукой, не создали ни цивилизации, ни государства, ни письменности, и те из них, кто дошел до нас, а такие, как вы знаете, есть, это до сих пор общества, именуемые неписьменными народами. И мы, часто, задаемся вопросом, это опять же загадка: почему живут бок о бок два народа — один имеет цивилизацию, культуру, письменность, литературу, а в 50 километрах живет племя, которое ничего этого не имеет, живет бок о бок с этим народом тысячи лет и, кажется, совершенно не хочет образовываться?
Я все время вспоминаю один анекдот о негре и миссионере. Миссионер идет по Африке и видит негра, который спит под деревом днем. Тот его будит, говорит ему: «Вставай, просыпайся». А негр говорит: «Зачем?»
— Ну, как, это ведь день, ты должен работать, выращивать урожай.
— А зачем?
— Ну, как, когда ты продашь урожай, у тебя будут деньги, ты построишь дом, создашь семью.
— Ну и что?
— Как? Тогда ты снова посеешь хлеб на большом поле, ты станешь богатым человеком.
— Ну и что потом?
-Ну, а потом ты обеспечишь себе сытую старость и можешь спокойно отдыхать.
— Так я и так отдыхаю.
Так вот, те кто “и так отдыхает”, ничего не создают. А колоссальное напряжение сил ради достижения вечности создает и материальную культуру, и материальную цивилизацию, и письменность, и государство. Но это разговор уже следующей лекции.
Теперь о самом главном, что было сказано в этой лекции. Моей задачей было показать вам, что человек религиозный — “хомо религиозус” — это то же самое, что и “хомо сапиенс”, что на самом деле самое главное и самое сокровенное отличие человека от всего остального живого мира — это то, что он ищет соединения с Богом и желает этого соединения всеми силами и, работая с колоссальным напряжением сил над своей духовной задачей, сознавая свою грешность, свою слабость, свою неадекватность, стараясь преодолеть ее, человек как бы побочно создает весь тот мир, в котором мы живем сейчас. Когда человек отказывается от этой духовной задачи, он утрачивает и свои достижения чисто цивилизационного плана. Так нас учит, ну если угодно, история религии или историческая наука.

Related posts

Лев Тихомиров. Христианство и политика

admin

Летопись победителей. Головокружение от успехов?

admin

Дмитрий Евменов История создания и учение общества сторожевой башни. (кандидатская дисертация)

admin

Коментарии