О Христианской Империи Библиотека

Православное учение о Царской власти

Православное учение о Царской властиВ 1906 году святой праведный Иоанн Кронштадский, когда уже начались гонения в ходе революции, первые попытки убийства революционерами священников, генерал-губернаторов и т.д., писал: «Я предвижу восстановление мощной России, ещё более сильной и могучей, на костях вот таких мучеников. Помни: как на крепком фундаменте будет воздвигнута Русь новая по старому образцу, крепкая своей верой во Христа Бога и во Святую Троицу, будет по завету святого князя Владимира как  единая церковь. Перестали понимать русские люди, что такое Русь – она есть Подножие Престола Господня. Русский человек должен понять это и благодарить Бога за то, что он русский».

Тут могут развиться шовинистические тенденции, но как говорил диакон А. Кураев – это хорошо, но, с другой стороны, он бы сам выступал против них. Почему? Потому что понятия о Руси — хорошо, но не в крайностях, как это присутствует, например, у евреев. Бог  Отец, Бог Творец мира и Вседержитель, Он – Царь Небесный, на земле отражением Его или иконой является царь.  Царь любит свой народ, хранит прежде всего его   религиозно-нравственный  идеал и чистоту веры.  Царь в  древнем Израиле – явление не политическое, а глубоко религиозное: Помазанник Божий. «Сердце царево – в руце Божией, не прикасайся к помазанникам Моим.»

Монархия —  самый древний и наиболее религиозно-освящённый тип отношений на земле.  Власть на земле дана Богом, она не просто так. Она противостоит греху,  который порождает анархия.  Власть – это особая харизма, это особый дар Божий, который даруется человечеству именно в тот период,  когда оно поражено грехом,  взаимной неприязнью, распадом, борьбой всех против всех. Мир лежит во зле. Этой злой воле и анархии противостоит  Богом установленная  царская власть и сама монархия – царь и его подданные. Их отношения носят не юридический характер, а религиозно-нравственный. Народ почитает в царе Помазанника  Божия, а не просто избранного им самим государственного деятеля, которому просто в награду дали титул. Нет, царя даёт  Господь свыше народу верующему, это дар народу.

Святой Григорий Богослов писал, что есть три государственные формы устроения жизни на земле. Первой  и лучшей является монархия,  и конечно, она является  устроением Божественным. Но мы не всякую монархию должны почитать, а ту именно монархию, которая исповедует веру Христову и церковь хранит, только она – священная православная монархия. Более худшим правлением он называл – полиархия – это «многовластие», которая обычно связана с аристократическим правлением – многих лучших в единстве. И, наконец, последняя – анархия – и самая худшая.  В анархии господствуют уже тёмные, разрозненные, демонические силы, анархия есть полное разрушение мира, это и есть мир падший, греховный, в котором грех является  господином.  Грех не знает порядка, он есть разрушение Божественного домостроительства – иерархии. Если народ — верующий во Христа, любящий Церковь и живущий Ею – такой народ  имеет монархию, от Бога данную. Если же народ имеет много идолов, тогда устанавливается полиархия, т.е. тогда он не имеет монархии, тогда олигархическая власть многих. А если народ вообще ни во что не верует, тогда-то и появляется анархия – «безвластие», причём анархия может быть в виде различных форм демократии или тирании.  У нас сейчас анархия, т.е. власти никакой нет, потому что:  президент это одна власть, партии – это другая власть, СМИ – третья власть и т.д., власть различных партий и группировок – значит, власти нет никакой.  Более того, они взаимно враждуют.

Царская власть – это  религиозно-нравственный  идеал народа, народа глубоко верующего.  У нас, к сожалению, со словом «царская власть» связаны какие-то политические представления, потому что мы живём в сугубо секулярную эпоху, эпоху разного рода учений и теорий. В древнерусских  храмах  цари и праотцы изображались на иконах.  Монарх  от слова «моно», т.е. «один», царь. Монархия входит  в Небесную и земную  иерархию. Есть  Небесная  иерархия, которую установил Господь – архангелов, ангелов, есть церковная иерархия.  Вот в эту небесно-церковную   иерархию и входит монархия как иерархическое устроение мира для его спасения.  Монархия служит орудием спасения, по мнению Отцов Церкви, она служит делу спасения  человеческого рода, потому что она является  хранителем истинной веры и удерживающим от ереси, от других лжеучений.  Монархия является Божьим  устроением для спасения человеческого  рода, входит в домостроительство нашего спасения, потому что она хранит истинную веру и удерживает народ от ереси, от различных лжеучений.

При Константине Великом  произошло  объединение римской монархии со священным царством. Он стал преемником не только римских кесарей и их законов, но и восприемником царства Давида, к нему Церковь так и относится. В лице святого равноапостольного императора Константина священное царство древнего Израиля объединилось с римской всемирной монархией.  Святой равноапостольный Константин соединил эти две монархии в одно государство.Восточная римская империя ромеев – так называлась полностью империя в эпоху царствования Константина. Не римлян, а ромеев.  Лучшим подтверждением Торжества Православия и соединения  священной   монархии с империей служит Великий Вселенский Собор 325 года в Никее, который созвал  император Константин. Этот Собор стал Торжеством Православия как над языческим прошлым римской империи, вообще над язычеством. Константин понимал,  что империя,     мир вообще – мир  Церкви и мир империи – это одно и то же.  Границы Церкви и империи совпали. Все христианские народы могли войти в состав империи и входили постепенно, обретая  здесь истинную веру.  В империи не могли жить языческие народы, поганые  язычники или еретики: они изгонялись.  Они должны были либо покаяться, либо уйти за пределы империи.  Собственно говоря,  империя и есть мир истинный в духовном,  культурном смысле слова. В империю входила масса народа – и греки, и римляне, и сирийцы, и египтяне, и палестинцы, и персы, и галлы. Все они были равны перед Евангелием и в этом смысле торжествовали слова: « нет больше эллина и иудея, а есть братья во Христе» —   Вселенская Церковь, которую защищает и с которой совпадает вселенская  монархия – восточная римская империя во главе с императором Константином.  Император Константин становится епископом внешних дел Церкви, он – слуга Божий, именно он созывает Вселенские Соборы. Идея симфонии есть великий образ отношений между церковью и государством. Симфония – священство и царство.

Святые Отцы, начиная с ранних, в особенности  Иоанн Златоуст, пишут: «Бог стал Человеком. Такие же отношения предполагаются между церковью и государством».  Кто является главой Церкви? Господь Иисус Христос. Кто является главой государства – не светского, не простого, а того, которое исповедует источником своей власти не человека и не народ, не природу, а только благодать Святого Духа? Как источником, главой Церкви является Господь, так источником власти государственной является так же Господь, Святая Троица,  Которая даёт в Таинстве миропомазания основание царской власти. Но как же соотносятся эти два начала: священство (церковь) и царство (православная монархия)? Святой благоверный император, благочестивый государь, в шестой новелле своего кондификационного свода законов («Славянская Кормчая»,  42 глава) писал о симфонии: « Величайшее благо, дарованное людям высшею благодатию Божией, суть священство и царство, из которых первое заботится о божественных делах, а второе – руководит и заботится о человеческих делах.  А оба, исходя из одного и того же источника, т.е. от Бога, составляют украшение человеческой жизни. Поэтому ничто не лежит  так на сердце царей, как честь священнослужителей, которые со своей стороны  служат им, молясь непрестанно за них Богу.  А если государственная власть будет по правде управлять вверенным ей государством, то будет полное согласие между ними во всём, что служит на пользу и благо человеческого рода.  Поэтому мы прилагаем  величайшее старание к охранению истинных догматов Божьих и чести священства, надеясь получить через это  великие блага от Бога  и крепко держать те, которые имеем».

Часто симфония между царём и патриархом уподоблялась Марфе и Марии. Обе они любили Спасителя, но по-разному  выражали свою любовь.  Мария выражала свою любовь тем, что она слушала у ног Христа Его глаголы, и поэтому Марию часто называют  образом Церкви.  А Марфа в это время готовила на кухне, чтобы угостить Спасителя – выражала так свою любовь, понимая Его человеческую природу.  Господь ведь страдал как Человек, она хотела Его накормить. Марфа – это государство. Отношения между церковью и государством такие же, как между этими двумя женщинами, которые одинаково любят Спасителя, но по-разному выражают свою любовь.

Бог стал Человеком, Богочеловеком. Так вот,  монархия и церковь находятся в такой же связи, как божественная и человеческая природа во  Христе. А она выражена на 1V Вселенском Халкидонском Соборе – был поставлен вопрос о том, как соотносятся божественная и человеческая природа во Христе. Иоанн Златоуст и другие Отцы Церкви уподобляли эти отношения во Христе, проецировали эти отношения на отношения между церковью и государством. Церковь не становится государством, а государство не становится церковью: неслиянно. Но и нераздельно, не отделяется церковь по указу Владимира Ильича Ленина: «церковь  отделена от государства, а государство отделено от церкви».  В таком случае мы получаем антихристово государство, которое гонит церковь, и церковь, которую гонят, которая находится в катакомбах. А если, например, другой вариант: церковь сливается с государством, церковь становится государством? Тогда получаем Римского папу и Ватикан, крестовые походы  и инквизицию, что уже является полной ересью. А наоборот, когда государство становится церковью? Тогда мы получаем языческий манер, такой период, который сходен с протестантизмом, когда церковь – всего лишь функция государства, одна из функций государства, которая занимается моральным воспитанием своих граждан и не больше того, а главой церкви является сам государь. Типичный протестантский манер, папоцезаризм – ересь даже так и называется, т.е. когда происходит огосударствование, когда церковь становится департаментом, у нас это отчасти произошло в эпоху Петра Великого. Когда церковь становится  средь государства департаментом  и  чиновниками духовного ведомства – это, конечно, явный протестантизм.  Наоборот, цезаропапизм прямо противоположен – церковь становится государством. А если их разделить ещё – масонский идеал, который в нашей стране, или, например, во Франции – нельзя во Франции преподавать Закон Божий. У нас такой декрет в 1918 году был введён. То и другое – всё отрицает неслиянность и нераздельность. Раз Господь Бог стал Человеком неслиянно и нераздельно, то и церковь и государство – весь мир должен строиться по образу Спасителя. Так считали Святые Отцы и их святоотеческое богословие утверждало священную монархию, симфонию церкви и государства. Мы выходим из храма и сразу попадаем в антихристианский мир, прямо противоположный по духу  и по всему.  Разумеется, этого не было на Святой Руси. И не было этого, конечно, в Византии, цельная жизнь. Итак, православное царство является тоже орудием божественного домостроительства нашего спасения, конечно, во вторую очередь после церкви, у них разные функции, но цель одна – спасение. Это не просто дело человека: ну хотят – живут в монархии, хотят – в республике. Нет, это устроение всей жизни.  Церковь не может нормально существовать в государстве, которое не исповедует христианскую веру, она всегда находится в гонении, а народ – многие идут сразу же в ад, потому что они исповедуют ересь, они вообще ничего не исповедуют, они безбожники, они губят свои души. Поэтому   монархия, или православное царство, является так же орудием божественного домостроительства нашего спасения человеческого рода. И вот Господь, Святая Троица, устанавливает священную монархию как отображение Небесного Царства на земле. Православное царство – икона Царства Небесного на земле. Это не  то же самое, что и Царство Небесное, это только икона, образ Первообраза. Православное царство есть великий дар Господа народу за истинное исповедание Христа и верность Его Церкви.

В «Деяниях» УП Великого Вселенского Собора (последнего), который победил иконоборчество и на котором был провозглашён день праздника – Торжество Православия над ересью  иконоборчества и над всеми остальными ересями, есть послание епископов Константинопольскому патриарху Тарасию, в нём говорится следующее: « Священник есть освящение и укрепление императорской власти, а императорская  власть есть  сила и поддержка священства. Священство хранит и заботится о Небесном, а императорская власть управляет земным, посредством справедливых законов.  Теперь преграда между императорской и патриаршей властью пала и желаемая связь восстановлена».

В России, как приняли православие при святом равноапостольном князе Владимире, так же приняли и идею христианской власти. Россию крестил не кто-нибудь, а именно князь, глава государства. Илларион Киевский и другие митрополиты в «Слове о законе и благодати» называют  князя Владимира «новым вторым Константином», «новым царём Давидом», уподобляя его именно царю, который просветил свой народ.  Очень хорошо по этому поводу сказал первый русский царь Иоанн Васильевич Грозный, он сам прямо и писал о самодержавии в своём послании к Курбскому (к изменнику): «Исполнение истинного православия самодержавства российского царства началось по Божьему изволению от великого царя Владимира, просветившего русскую землю святым Крещением; и от великого царя Владимира Мономаха (хотя они не носили царского титула, но он их называет именно так), удостоившегося высокой чести от греков – это он получил шапку Мономаха в знак будущей русской царской власти ;  и от храброго великого государя Александра Невского, одержавшего великую победу над безбожными немцами; и от достойного хвалы великого государя Дмитрия, одержавшего за Доном победу над безбожными агарянами; вплоть до отомстителя за неправды – деда нашего великого царя Иоанна и до приобретателя исконных  родительских земель блаженной памяти отца нашего великого государя Василия 111, и до нас пребывает – скипетродержателя Российского царства».

16 января 1547 года Россия стала православным царством – 111 Римом, ибо Константинополь пал под ударами турок. 1 Рим – это католический, латинский Рим, папский – он отпал от веры в Х1 веке. 11 Рим – Византия – пал в середине ХУ века, и теперь Москва становится Ш Римом. Интересно, что Иоанну Грозному восточные патриархи присылали целые послания: «да будешь ты между царями как равноапостольный и славный Константин», — писали они в 1562 году.  Иоанн Васильевич Грозный был богословствующим царём, который говорил о том, что в отличие от европейских монархий русская монархия есть настоящая и подлинная, потому что она Богом установленная».

Иоанн Васильевич Грозный так и говорил: « Мы, православные государи, Господа нашего Иисуса Христа, Которому поклонятся все – небесные, земные и преисподние. Поэтому наша власть – самодержавная, и не  по человеческому похотению, не по благомятежной человеческой воле, которая сегодня хочет царя, а завтра не хочет, а по Божьему изволению и по Божьей милости мы – самодержавные русские государи, не то, что ты, Баторий», — писал он польско-литовскому королю, — «потому что шляхта хочет тебя сегодня – избирает, а завтра низвергает и приглашает другого, из другой страны».

Иоанн Грозный говорил, что кто отрицает царскую власть, тот является еретиком, ибо отрицает, что Господь является Владыкой над небесными,  земными и преисподними.  А на Западе царь царствует, но не всегда управляет, шло постепенное ограничение. Это говорит о том, что они не исповедуют полностью и верно Господа Иисуса Христа и Промысел Божий и домостроительство спасения.  Страшный удар по русскому самодержавию нанёс, с одной стороны,  раскол ХУП века, а с другой, «петровские реформы» — синодальные реформы, в результате которых была разрушена симфония – патриарха не стало.  Пётр 1 вытащил кортик, ударил по столу и сказал: «Вот вам патриарх!»  Пётр 1 отменил Поместный собор и утвердил протестантское отношение: чья власть – того и вера, т.е. появляется как бы европеизированная монархия, в которой монарх сам утверждает свою веру и церковь, и является её главой – появляется протестантский цезаропапизм, когда нарушается симфония – неслиянное и нераздельное, получается, государство претендует на всё, церковь становится учреждением внутри государства. Это имело очень тяжёлые последствия. Россия осталась с императором, но без патриарха, а уже со 2(15) марта 1917 года, когда настолько европеизировались верхи русского общества, что они отвергли и саму  идею священной царской власти и христианской монархии – отпала и вторая – царская власть.  Правда, слава Богу, Господь даровал нам в 1917 году избрать патриарха.

Во времена Смуты, в 1613 году Россия вновь восстановила по молитвам новую православную самодержавную монархию, уже при династии Романовых, и дали священную клятву на  Земском Соборе 1613 года за все поколения, что: «мы всегда будем иметь самодержавных царей, не самозванцев,  а именно православных самодержавных царей из рода в род из династии Дома Романовых. А кто будет против – патриарх ли, царь ли, бояре, крестьяне, дворяне или кто-либо – тот тогда уже будет отлучен от Самой Святой Троицы».  Вот такая была страшная клятва.  Второго марта 1917 года произошло страшное клятвопреступление, и, поэтому православное учение о царской власти и Прославление Самого Царя-Мученика Николая П для нас очень важно. Святитель митрополит Филарет (Дроздов) пишет: «Бог по образу Своего Небесного Единоначалия устроил на земле царя, по образу Своего Вседержительства – царя самодержавного. Как Он – Вседержитель, так и царь – самодержавный. По образу Царства Своего Небесного непреходящего, продолжающегося от века до века – царя наследственного».

Что касается русского периода – что такое Таинство миропомазания на царство? Во-первых, это было связано с тем, что в Успенском Соборе Московского Кремля царь должен был вначале исповедовать веру православную, что он будет защитником именно православной веры, защитником всех догматов святой веры и является первым мирянином-епископом внешних дел церкви, он должен был исповедовать это при митрополитах и патриархе.

Царь является слугой Божьим и защитником православной веры. Царь давал торжественную клятву, что он будет защищать чистоту православной веры и даст отчёт Богу за свой народ, который ему вручен, что он  народ свой не растратил, что не внёс ереси, а наоборот – стоял на страже чистоты православной веры и благочестия. Поэтому жизнь в государстве устрояется благочестивая: никаких сект, никаких ересей не позволялось, не позволялось никакой проповеди различным другим учениям, они были запрещены. Кроме того, царь является Удерживающим от антихриста. Почему царская власть существует? Потому что антихрист захочет сесть на месте святом. Вот  царская власть и православное царство является таким хранителем и защитником. Об этом пишет св. Иоанн Златоуст, толкуя знаменитые слова апостола Павла, что «не придет антихрист до тех пор, пока не будет изъят Удерживающий». Кто является Удерживающим? Удерживающий от врага рода человеческого, от этого князя беззакония, от этого зверя, от царства зверя. Помазал на царство Господь, но Удерживающим является царь, царская власть, что открыто исповедует веру православную, она охраняет православный народ. И поэтому Иоанн Златоуст считал, что императоры-самодержцы являются великими защитниками церкви, удерживающими, как и наши потом русские цари, которые стали наследниками. Начиная от Иоанна Грозного, Россия становится 111 Римом, православным царством, удерживающим народы от антихриста. Какое призвание имеет Россия? Она имеет призвание быть священным царством 111  Рима. В эпоху царствования царя Фёдора Ивановича в России утверждается патриаршество, приезжает Константинопольский патриарх Иеремия, и он утверждал в России патриарха, который станет  во главе всех патриархов, потому что он будет пятым: Константинопольский, Антиохийский, Иерусалимский, Александрийский, пятый – русский – патриарх Московский и всея Руси. Но все остальные захвачены мусульманами, свободен только один патриархат – русский, потому что есть русский православный царь, русское царство. И вот поэтому Иеремия (грек) хотел вначале вообще остаться в Москве, но по разным обстоятельствам не остался и утвердил первого русского патриарха – святителя Иова. При этом в грамоте царю об установлении патриаршества в России было сказано следующее: «Поистине в тебе, благочестивом царе, пребывает Дух Святой, и от Бога такая мысль тобою будет приведена в дело, ибо древний Рим пал аполинариевой ересью, а 11 Рим – Константинополь – находится в обладании агарян – безбожных турок, твоё же великое российское царство – 111 Рим – превзошло всех благочестием, и все благочестивые царства   собрались в твоё царство, и ты один под небесами именуешься христианским царём во всей вселенной, у всех христиан». Это было сказано в январе 1589 года, когда было утверждено патриаршество, поэтому само патриаршество несёт идею священного царства.

Псковский старец Филовей (ХУ1 век), который был великим провидцем и пророком России, писал три послания: Иоанну 111, Василию 111 и Иоанну 1V Грозному, о призвании России в момент, когда Константинополь, всемирная столица, пал — казалось, мир кончился: «Так пусть твоя державность, благочестивый  царь, что все православные царства христианской веры сошлись в едином твоём царстве, один ты во всей поднебесной христианам царь». Это весьма похоже на то, что сказал потом слово в слово патриарх Иеремия. Что же касается других русских святых – о царской власти  писали Игнатий Брянчанинов, Феофан Затворник, святой праведный Иоанн Кронштадский, святитель митрополит Филарет (Дроздов). Все они в один голос говорили одно: «Православная власть царя является делом великим для домостроительства спасения человеческого рода».

Прот.С.Булгаков писал: «Царь занял свое особое место в церковной иерархии. Это место трудно определить во всей точности, потому что в нем соединялся разный смысл: с одной стороны, царь почитался как особый харизматик, с другой стороны, он являлся как бы представителем церковного народа, мирянской стихии, «избранного народа, царственного священства», и наконец, в качестве носителя власти он являлся первым слугой Церкви, в его лице государство венчало себя крестом. Сам Константин Великий определял себя как епископ для внешних дел, возвращая тем самым званию епископа то ограниченное значение управителя, наблюдающего за финансовыми и административными делами общины, какое ему принадлежало в век апостольский. Влияние царя в Церкви фактически определялось той государственной мощью, которою он располагал. Поэтому положение «внешнего епископа» в Византии давало ему возможность оказывать самое широкое влияние в Церкви, вплоть до созыва и председательствования на Вселенских Соборах, что не вызывало ни малейшего возражения ни на востоке, ни на западе. Отношения между Церковью и государством в Византии принципиально определялись по типу симфонии, т.е. взаимного согласия при независимости каждой из областей. Государство признавало для себя внутренним руководством закон церковный, Церковь же считана себя обязанной повиновением государству… Когда же эта симфония нарушалась диссонансами, и цари пытались догматически руководить Церковью, навязывая ей свои догматические ереси (арианство, иконоборство), тогда Церковь оказывалась в гонении, и обнаруживалось действительное отношение ее к государству, которое никогда не было догматическим цезарепапизмом. Однако Церковь чрезвычайно дорожила своим союзом с государством, поскольку оно служило Церкви, и наличие царственного главы всего православного мира — православного царя — почиталось как существенный атрибут Церкви. Он был символом завоевания мира крестом, строителем Царствия Божия на земле».

Related posts

Масоны, тамплиеры и конец экспансии капитализма

admin

Русская душа. Лев Гудков

admin

Морковка спасет ваш мозг

admin

Коментарии