Новости Дело масонства Масоны использовали мистические настроения Александра I для нападения на Православную Церковь

ОБСУДИТЬ НА ФОРУМЕ

PostHeaderIcon Масоны использовали мистические настроения Александра I для нападения на Православную Церковь

Новости - Дело Масонства

Масоны использовали мистические настроения Александра I для нападения на Православную ЦерковьРусское масонство немедленно использовало мистические настроения

Александра для дальнейшего наступления на Православие.

Н. Бердяев указывает в "Русской идее", что "Александр I был связан с

масонством и так же, как масоны, искал истинного и универсального

христианства. Он был под влиянием баронессы Крюденер, молился с квакерами,

сочувствовал мистицизму интерконфессионального типа. Глубокой православной

основы у него не было".

Проф. М. Зызыкин в своей работе "Тайны Императора Александра I"

говорит уже не о том, что Александр был только связан с масонами, а

утверждает уже, что и сам он был масоном. "Какой религиозный хаос стоял в

голове у Александра, - пишет он, - видно из того, что он не только

поддерживал сам масонов, но и был некоторое время в их числе, о чем

свидетельствует его поступок со взятым в плен под Дрезденом генералом

Вандамом, который, будучи подведен к Александру, сделал ему масонский знак

и получил милостивый приказ быть отправленным для улучшения своей участи в

Москву. А в Париже в 1814 году Александр председательствовал в военной

масонской ложе при принятии туда членом Прусского короля

Фридриха-Вильгельма III". Откуда он заимствовал эти сведения, М. Зызыкин не

указывает, а поэтому оставим эти утверждения на его ответственности.

Проверить правильность его утверждений в эмиграции, за отсутствием

соответствующей литературы, не представляется возможным. Был ли Александр I

масоном - этот вопрос требует специального исследования, но то, что русские

масоны широко использовали мистические настроения Александра в нужном для

них направлении - это несомненно.

Если политическое миросозерцание Александра I все время колебалось

между приверженностью к просвещенному абсолютизму и тягой то к

конституционной монархии, то к республике, то таким же неустойчивым было и

его религиозное миросозерцание.

Александр I формально был главой православной церкви, но самого его

едва ли можно считать чисто православным. Религиозное миросозерцание

Александра I характерно своими бесконечными колебаниями.

В эпоху Александра I жил выдающийся деятель Православной Церкви -

Серафим Саровский, в царствование Николая II причисленный к лику святых.

При жизни же Серафима Саровского его деятельностью не интересовался ни

Александр I, ни Синод, ни представители образованного общества. В 1815 году

по подсчету Зябловского в России оставалось уже всего только 478

монастырей, в которых было всего лишь 6598 монашествующих, или в среднем по

13 монахов в монастыре.

Ярким свидетельством падения религиозности в высших слоях общества

является появление в Александровскую эпоху тарелок, табакерок и других

вещей, на которых имелись изображения Спасителя и Божией Матери. В

допетровской Руси все русское государство считалось Домом Божией Матери, а

в созданной Петром I Русской Европии лик Божией Матери стали изображать на

табакерках.

В 1815 году Симоновский Архимандрит Герасим явился во дворец и

показывал Александру I изображения Спасителя и Божией Матери на табакерках,

тарелках и других вещах и на коленях умолял защитить Церковь от поругания.

Православная церковь в царствование Александра I продолжала быть

объектом атак на нее со стороны ее врагов. Атаку на православие, пользуясь

неопределенностью религиозного миросозерцания Александра I, вели и масоны,

и католики, и протестанты. Вести наступление на православие врагам

православия было нетрудно. Православная церковь, управляемая то масонами,

то открытыми атеистами, то мистиками, враждебно настроенными к православию,

не в силах была дать нужный отпор своим врагам.

П. Знаменский в своем "Руководстве к русской церковной истории" так

характеризует обер-прокуроров Александровской эпохи: "Обер-прокурором

Синода в первый год царствования был человек уже совершенно неспособный к

этой должности - известный своей несчастной страстью к стихоплетству граф

Хвостов". Яковлев, заменивший Хвостова, "не мог стоять на надлежащей высоте

своего призвания". Назначенный после Яковлева обер-прокурором

тридцатилетний А. Н. Голицын "...религиозного образования не имел,

отличался даже резко отрицательным отношением к церкви: тем не менее на

первых же порах он успел крепко захватить церковные дела в свои руки.

Сделавшись обер-прокурором, он впрочем, значительно остепенился, бросил

дурную привычку кощунствовать, занялся чтением религиозных книг, сблизился

с людьми религиозного направления и стал подавать большие надежды за свое

обращение к вере. К сожалению, все почти такие люди высшего общества,

питомцы XVIII века, при обращении своем к вере, имели обыкновение примыкать

не к своему народному православию, на которое смотрели свысока, а к

аристократическому католичеству, или еще чаще, к модному тогда в Европе

мистицизму, который позволял им верить во все или ни во что. Как человек

живой, увлекающийся, и в то же время, совершенный младенец относительно

всего, что касалось религии и церкви, Голицын по своем обращении тоже

сделался на некоторое время игрушкой иезуитов, а потом адептом и

покровителем всякого рода мистических сект".  (38)

Князь Голицын "...окружил себя мистиками всяких цветов и оттенков,

стал покровительствовать всевозможным сектам и... причинил церкви гораздо

более тревог, чем даже те, кто не обращали на религию никакого внимания и

вовсе не мнили себя приносящими пользу Богу. Специальными органами подобных

ревнителей нового христианства и принципов священного Союза сделалось

российское Библейское Общество и новое министерство Духовных дел и

Народного просвещения".

Князь А. Н. Голицын и масон Р. А. Кошелев, пользуясь мистическим

настроением, появившимся у Александра I во время Отечественной войны,

уговорили его разрешить английским протестантам в России "Библейское

Общество".

Русские масоны немедленно включились в эту новую форму наступления

на православие. В комитет, возглавлявший "Библейское Общество" немедленно

вошли масоны. Председателем стал масон князь Голицын, его заместителем граф

Кочубей, в члены правления: граф Разумовский, Кошелев, А. И. Тургенев. В

местных отделах "Библейского Общества" также было много масонов. Масонам

удалось вовлечь в ряды членов "Библейского Общества" даже несколько

представителей высшего духовенства, осуждавших масонство, но

доброжелательно относившихся к увлекавшимся мистицизмом.

Но большинство православного духовенства отрицательно относилось к

деятельности "Библейского Общества", справедливо усматривая в нем опасность

для православия и царской власти. К числу таких духовных лиц принадлежал и

знаменитый борец против масонства и масонского мистицизма, непримиримый

враг орудовавших в России английских методистов, архимандрит Юрьевского

монастыря Фотий.

Английские протестанты, организуя "Библейское Общество" в России,

стремились заменить в нем православие протестантством. Масоны, которым на

руку было уничтожение православия, преследовали политические цели своего

ордена. Своей цели английские не считали нужным скрывать. На праздновании

13-летней годовщины английского "Библейского Общества" 7 мая 1819 года,

например, говорилось:

"Отныне мы можем быть уверены, что в России восстановится религия во

всей чистоте единственно через распространения Священного Писания,

переведенного на различные наречия, на которых говорят в этой обширной

стране. Единственное чтение Библии может восстановить греческую церковь и

поднять ее из настоящего упадка".

В конце 1823 года в России имелось около 300 отделений "Библейского

Общества", ведших активную работу по разложению православия. Всюду начинают

возникать различные секты еще более обессиливая ослабленную православную

церковь.

Иностранный дипломат Лаферронеероннэ, аккредитованный при дворе

Александра I, в своем письме от 1 апреля 1820 года пишет:

"Это "Библейское Общество", которое не стремится к иному, как

универсализировать протестантство, должно быстро породить идеи свободы у

людей, привыкших до сих пор видеть в их Государе высшего главу религии,

которая их учит подчинению и уважению к нему. Однако, этот могущественный

рычаг, этот целебный престиж хотят разрушить".

"Против православия, - пишет об этом времени выдающийся защитник

православия в Александровскую эпоху, архимандрит Фотий, - явно была брань

словом, делом, писанием и всякими образами и готовили новую какую-то

библейскую религию ввести, смесь веры сделать, а православную веру Христову

искоренить".

Министром созданного осенью 1817 года Министерства Духовных дел и

Народного просвещения был назначен кн. Голицын. Департаментом Духовных дел

министерства ведал секретарь Библейского комитета мистик и масон А.

Тургенев, департаментом Народного просвещения член секты хлыстов - В.

Попов.

"Новое Министерство, - пишет П. Знаменский, - очевидно должно было

действовать в том же направлении, как и "Библейское Общество", и потому

ничего не обещало вперед доброго ни для просвещения, ни для церкви".

"Ближайшим советником князя Голицына по духовным делам сделался

старый масон Кошелев, покровитель всех мистиков, магнетизеров и других

темных личностей, постоянно толпившихся в его доме. Св. Синод в ведомстве

духовного департамента поставлен был на совершенно таком же положении, как

евангелическая консистория, римско-католическая коллегия, духовные

управления армян, евреев и т. д. В довершение всего сделавшись мистиком,

кн. Голицын передал свою прежнюю обер-прокурорскую должность при св. Синоде

другому лицу, князю Мещерскому, и поставил его в подчинение себе. Св. Синод

был явно унижен, так как обер-прокурор представлял в нем лицо уже не

Государя, как установлено в самом начале Синодального управления русской

церкви, а только министра. Тургенев на каждом шагу давал синодам

чувствовать превосходство над ними своего департамента" (П. Знаменский.

Руководство к русской церковной истории).

 

II

 

В Петербург начали приезжать различного рода иностранные

проповедники и мистики. Слушать их проповеди в угоду Голицыну собирались

представители высшего общества и чиновничества. Вместе с Голицыным стояли

на коленях, вздыхали и плакали.

"За методистами, - сообщает Л. Знаменский, - стали являться в Россию

другие проповедники мистических учений и все получали от правительства

самую широкую свободу для своей проповеди. Влияние их не ограничивалось уже

одним только верхним слоем русского общества, как влияние иезуитов, но

стремилось спуститься и до более глубоких его слоев, где на первых порах

думало привиться к инородцам, а потом к разным духовным сектам в самом

русском народе". Среди инородцев деятельно работали религиозные миссии

разных европейских мистических сект. В калмыцких степях работали миссии

гернугутеров, среди киргизов миссии шотландских сект, в Сибири - английские

мистики. В 1821 году Петербургский Митрополит Михаил написал по этому

поводу протест Императору Александру I в котором просил спасти Православную

церковь "от слепотствующего министра". Министерство Духовных дел и

Народного просвещения большое внимание уделяло распространению

многочисленных мистических сочинений и издававшихся мистических журналов.

"Все эти книги и журналы, - сообщает Л. Знаменский, - выходили в

значительном числе экземпляров и рассылались от министра по всем учебным

заведениям, епархиям и губерниям; некоторые издавались в короткое время по

2-3 раза". "Сионский вестник", который начал снова издавать в 1817 году

известный масон и мистик Лабзин, по свидетельству Л. Знаменского

"...выписывали все архиереи, архимандриты, все семинарии и академии (одна

Петербургская выписала 11 экз.) и множество священников".

А между тем склонность общества Александровской эпохи к мистицизму

прекрасно могла бы быть удовлетворена изданным еще в 1793 году Сборником

"Добротолюбие", в котором были напечатаны многочисленные мистические

сочинения св. отцов Православной Церкви и давно существовавшие переводы

мистических сочинений Исаака Сирина, Макария Египетского, Григория Синаита,

Нила Сорского, возвышенные мистические творения Тихона Задонского,

являющиеся образцами православной мистики.

Но европеизированные круги образованного общества обратились за

образцами мистики "за границу, откуда явилось и самое вольнодумство и где

мистика эта казалась им более высокой пробы и впали в учения странные и

чуждые православию" (П. Знаменский). Европейские мистические учения

создавали благоприятную почву для развития масонской теософии и стремления

к изучению всякого рода тайного знания, привлекая к изучению теософии

даже... математику, чем занимался один из профессоров математики Казанского

университета.

Все эти проявления европейского мистицизма, изредка уносившие дух в

сферы религиозного созерцания, чаще были только "наивными бреднями больной

фантазии" и еще чаще решительным отступлением от христианства, по словам Л.

Знаменского, "распространялись без всяких препятствий во всю вторую

половину царствования Александра I, приобретая себе все более и более

последователей. Противники его не могли высказываться против него ни с

религиозной, ни даже с научной точки зрения во все время пока был в силе

кн. Голицын".

После этого не приходится удивляться, что влияние мистицизма видно в

целом ряде напечатанных в царствования Александра I сборниках проповедей и

что некоторые из духовных лиц Александровской эпохи стали ревностными

сторонниками европейского мистицизма. Ведь образцами для церковных

проповедей были статьи "Сионского вестника".

Сильное развитие европейского мистицизма во второй половине

царствования Александра I вызвало дальнейший рост разного рода русских

мистических сект.

В Петербурге возникает Духовный Союз Татариновой - помесь

европейского мистицизма с учением хлыстов. На Дону появляется общество

духоносцев и т. д.

Молокане, например, доказывали, что правительство разрешило им

свободно исповедовать свое учение, только потому, что поняло его

истинность, ссылались на Библию, изданную "Библейским Обществом", из

которой были исключены все прибавления, относившиеся к чину православного

богослужения. Все члены "Библейского Общества" и состоящие в нем

православные Архиереи по утверждению молокан были все молоканами, а в

"язычестве" (т. е. православии) оставались только деревенские попы да

невежды мужики".

В 1820 году ссыльные скопцы завели "скопческий корабль" даже в

Соловецком монастыре, куда они были посланы на духовное исправление.

Активную деятельность развивал орден иезуитов. При Александре число

живших в России иезуитов с увеличилось почти вдвое. Члены знатных фамилий -

Голицыны, Разумовские, Завадовские, Гагарины, Толстые, и другие -

переходили в католичество, как раньше отдавали детей в пансионы, содержимые

французами, так при Александре I в моду вошло отдавать детей в пансион

аббата Николя, и в иезуитский благородный пансион. Даже Закон Божий в этих

пансионах первое время преподавали иезуиты. В Новороссии действовало 15

иезуитов. Они под руководством аббата Николя развили энергичную

деятельность на всей территории Новороссии.

Вот к каким губительным результатам привела неустойчивость

религиозного мировоззрения Александра I, который согласно введенному Петром

I антиправославному принципу, был одновременно и Императором и считался

главой православной церкви.

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Последние утечки WikiLeaks

Новости в Запорожье
Дело Жидовизма
Новости СНГ
Новости в мире
Дело Национализма
Библиотека Фонда
Статьи, публикации



Новости в Украине
Новости Православия
Видеоматериалы
О врагах Церкви
О Православии
Русская Идея
Наши друзья

Яндекс цитирования